2025: как изменилась клиническая практика лечения диабета и ожирения

О новых формах лекарства против диабета и ожирения, расширении их применения и влиянии на долгосрочные клинические последствия, ThePharmaMedia говорила с врачом-эндокринологом, диетологом, к.мед.н. Еленой Вячеславовной ДОБРОВИНСКОЙ.

Какие события 2025 года, по Вашему мнению, наиболее важны и меняют лечение СД2?

– Если очень коротко, – 2025 год окончательно закрепил мнение о том, что сахарный диабет 2 типа – это не только про сахар.

Мы окончательно отошли от подхода «главное – снизить HbA1c».

На первый план вышли нормализация веса, фокус на сердечно-сосудистые риски и качество жизни человека, живущего с СД2. И тому есть основания.

Во-первых, появилось больше уверенности в инкретиновых препаратах – не только для снижения сахара в крови – сегодня мы используем их как кардиометаболические средства.

Во-вторых, ожирение перестали воспринимать как «сопутствующую проблему» – теперь это центральная мишень терапии СД2.

То есть, в 2025 году мы лечим человека с диабетом, а не просто «плохие показатели лабораторных анализов».

Что касается главных событий, то я бы выделила их несколько:

Событие №1

SURPASS-CVOT (tirzepatide vs dulaglutide) – появление «кардио доказательности» для dual GIP/GLP-1 у пациентов с СД2 и высоким сердечно-сосудистым риском.

Для практики это означает: у пациентов с СД2 и ASCVD/высоким риском выбор инкретиновой терапии все чаще основывается не только на HbA1c/весе, но и на hard outcomes (MACE). Другими словами, мы перешли от лечения тяжелых СС-осложнений СД2 к предотвращению таковых.

Событие №2

Одобрение FDA первого «похудального» GLP-1 в таблетках – oral semaglutide 25 mg (Wegovy tablets) в конце 2025 – просто «под елочку».

Следствие для алгоритмов лечения: появляется реалистичный «переход» для тех, кто не хочет инъекции, и более широкое покрытие хронической терапии ожирения, влияющее напрямую на СД2.

Хотя, следует заметить, диабетологи давно знакомы с таблетированным препаратом Рибелсус, но в Украине зарегистрирована и доступна только инъекционная форма ЛС с этим действующим веществом – семаглутид – для лечения людей с СД2.

Событие №3

Вес как «центральная мишень» в гайдлайнах СД2/ожирение.

В итогах обновлений (ADA-дайджестах) все четче проговаривается: значительная потеря веса (иногда до ~15%) рассматривается как путь к лучшему контролю диабета. Но не только контролю, но и возможной ремиссии у части пациентов!

По моему мнению, главный месседж 2025 года закрепляет смещение от «глюкозоцентрической» модели к кардио-ренально-метаболической, где ожирение и СД2 лечат как взаимосвязанные хронические состояния.

Как меняют сегодня жизнь людей, живущих с диабетом, все эти устройства для непрерывного мониторинга глюкозы, инновационные ЛС и прочее?

– Я бы сказала, что жизнь становится… более осознанной и менее драматичной.

С одной стороны, – меньше страха. С другой – больше информации в реальном времени. СGM-система (Continuous Glucose Monitoring – система для непрерывного контроля глюкозы) уже не выглядит как нечто «только для инсулиновых пациентов».

Люди видят, как конкретная еда, сон, стресс или прогулка реально влияют на уровень сахара в крови – и это изменяет их поведение. Плюс новые лекарства.

Для многих пациентов впервые появляется ощущение: «Теперь я не должен постоянно бороться с аппетитом – я, наконец, могу с ним договариваться». И это огромное психологическое изменение.

CGM становятся более «массовыми», благодаря OTC-сенсорам для людей с СД2 без инсулина или с дисгликемией.

Относительно влияния использования инновационных лекарств следует отметить, что терапия инкретинами (GLP-1 RA, dual GIP/GLP-1) становится «стержнем» не только для HbA1c, но и для рисков, связанных с лишним весом. Это отражено в ADA-алгоритмах фармакотерапии.

Как пищевая индустрия реагирует на изменения в составе потребительского рынка, где все больше людей с диабетом и ожирением?

– Здесь интересный момент: индустрия наконец-то начала подстраиваться под реальных людей, а не под «идеального потребителя».

Раньше все сводилось к «без добавленного сахара». Теперь фокус шире:

- меньшие порции,

- больше белка,

- больше клетчатки,

- продукты, не дающие резкого гликемического пика.

И еще одна вещь, о которой не все говорят: эпоха GLP-1 реально меняет рынок еды. Люди едят меньше, но хотят, чтобы еда была питательной, легкой и не вызывала дискомфорта.

В октябре минувшего года в Киеве проходил New Food Summit-2025 – мероприятие для игроков агрифуд-рынка и, конечно же, интересное и врачам диетологам. Там были обнародованы данные о расходах на продукты питания – в последние годы люди тратят на них, в среднем, на 10% меньше, чем раньше. Основная причина – борьба с лишним весом и осознанное питание.

Поэтому производители реагируют – запускают новые линейки продуктов для худеющих людей – от йогуртов до суперфудов как источника белка, витаминов, минералов и незаменимых аминокислот и т.п., которые можно просто добавлять в блюда – супы, пасты и т.д.

А что насчет подсластителей?

– Вот здесь – больше осторожности! Нарратив меняется от «безопасно и можно без ограничений» на «иногда – да, но это не стратегия здоровья».

Какие еще тренды появились в этом году?

Кроме «без добавленного сахара/без лактозы», в 2025 году наметились еще три новых тренда:

Ⅰ. Под GLP-1-эпоху: «меньшие порции + более высокая нутритивная плотность».

Индустрия прямо обсуждает спрос на portion control, больше белка и клетчатки, более «легкую» пищу – ведь GLP-1/dual-agonists реально меняют аппетит и структуру потребления.

Ⅱ. «Low glycemic/high fiber» вместо просто «sugar-free».

Больше продуктов с акцентом на клетчатку, белок, цельные злаки, стойкие крахмалы – чтобы сглаживать гликемические пики (и это хорошо ложится на данные CGM).

Ⅲ. Дискуссия по поводу подсластителей становится более осторожной.

ВОЗ советует не использовать non-sugar sweeteners как стратегию длительного контроля веса.

NB! Важно для коммуникации с пациентами: можно иногда, но не как магическое решение.

В Великобритании SACN в 2025 тоже подчеркивает осторожность из-за неоднозначных данных.

Что меняется в отношении диетологических вмешательств?

Самое главное обновление – это честность. Мы наконец открыто говорим:

нет одной идеальной диеты для всех. Работают разные подходы:

- средиземноморский,

- low-carb,

- энергодефицитные программы,

- структурированные планы с заменителями приёмов пищи.

Ключевое – не название диеты, а такие вопросы как:

- удается ли снизить вес,

- может ли человек это поддерживать,

- не разрушается ли ее психика и социальная жизнь.

И здесь очень помогают технологии – те самые CGM, которые делают питание персонализированным, а не абстрактным.

Таблетки GLP-1 – это «намек» на пожизненную терапию: инъекции → поддержка таблетками?

– Реалистичный сценарий: «long-term therapy», но с большей гибкостью форм.

То есть речь идет не о «курсе», а скорее – о длительном ведении хронического состояния, потому что ожирение – это хроническая болезнь, прогрессирующая и рецидивирующая. Поэтому таблетированная форма может стать вариантом поддержки/продолжения лечения.

Но вопрос «кому, когда и как» – индивидуальный, учитывая переносимость, риски, доступность и цели.

Ведь мы видим, что после отмены GLP-1 вес часто возвращается, а вместе с ним – метаболические проблемы.

Поэтому логика как при гипертонии, например: если препарат работает и человек чувствует себя лучше – почему мы должны его отменять?

Таблетированная форма открывает любопытную возможность:

не все готовы к инъекциям годами, а вот таблетки как поддерживающая терапия – это для многих звучит гораздо более приемлемо.

Сейчас уже более уверенно говорят о возможности достижения ремиссии СД2 – это возможно?

Ремиссия – это реальность, особенно:

- при значительной потере веса,

- на ранних стадиях СД2,

- после интенсивных изменений образа жизни или бариатрии.

Но это не «исцеление навсегда», к сожалению. Это состояние, которое необходимо поддерживать.

Поэтому для профессиональной среды мне нравится формулировка:

«Длительная ремиссия с активным наблюдением».

Она честна и не создает ложных ожиданий. Это очень важно для доверия между врачом и пациентом.

Если научными терминами:

1) Имеются формальные критерии ремиссии (консенсус).

Ремиссия СД2 обычно определяется как нормогликемия не менее 3 месяцев без сахароснижающих препаратов (согласно консенсусу международных обществ).

2) Данные научной литературы 2025 подчеркивают: ремиссия часто «временная», зависит от удержания веса/поведения.

Обзоры 2025 года прямо переоценивают понятие ремиссии и риск рецидива при наборе веса.

Резюме

Таким образом, события 2025 года подтверждают, что диабетология и медицина ожирения переживают глубокую трансформацию. Расширение роли инкретиновых препаратов, появление новых доказательств ремиссии СД2 и усиление фокуса на кардиометаболические последствия изменяют терапевтические цели и клинические алгоритмы. В то же время растет значение персонализированного подхода, приверженности пациентов к лечению и долгосрочной безопасности вмешательств. Именно это наверняка и будет определять развитие этих направлений в ближайшие годы.

Но самое главное, на мой взгляд, в том, что люди, живущие с диабетом, теперь могут жить легче, дольше и лучше.