Мишень — жировая ткань: новое исследование открыло дополнительные преимущества глифлозинов

Ингибиторы натрий-глюкозного котранспортера 2 типа (SGLT2), известные также как глифлозины, — класс препаратов, который изначально разрабатывался для контроля гликемии при диабете 2 типа, но впоследствии выявил и другие преимущества: нефропротекцию и кардиопротекцию.

Теперь появляются данные о ещё одном потенциальном эффекте глифлозинов — модуляции адипозопатии, то есть дисфункции жировой ткани, которая характеризуется нарушенной секрецией адипокинов (таких как лептин) и хроническим низкоинтенсивным воспалением. Адипозопатия ассоциируется с инсулинорезистентностью, сердечно-сосудистыми заболеваниями и прогрессированием хронической болезни почек (ХБП). Способны ли ингибиторы SGLT2 влиять на этот патофизиологический механизм?

Испанские исследователи провели проспективное исследование с участием 143 пациентов с ХБП стадий G1–G4, не находившихся на диализе, часть из которых имела сахарный диабет 2 типа. Пациентов разделили на две группы: те, кто получал глифлозины (n=31, медиана возраста 70 лет), и те, кто получал стандартную терапию (n=112, медиана возраста 65 лет). Наиболее часто применявшимся ингибитором SGLT2 был дапаглифлозин (64,5% назначений среди препаратов этого класса).

В начале и через 8 месяцев наблюдения исследователи фиксировали клинические и лабораторные показатели участников, включая маркеры адипозопатии (лептин) и воспаления (TNF-α, интерлейкин-6, С-реактивный белок, ферритин).

Через 8 месяцев группа лечения ингибиторами SGLT2 показала значительно более низкий уровень лептина по сравнению с группой стандартной терапии: 15,78 против 29,71 нг/мл. Пациенты, получавшие именно дапаглифлозин, демонстрировали ещё более выраженную разницу.

Что касается воспаления, то в начале исследования уровни TNF-α были значительно выше в группе дапаглифлозина (14,91 против 8,44 пг/мл) — вероятно, из-за более тяжёлого исходного состояния этих пациентов. Однако через 8 месяцев уровни TNF-α снизились в группе дапаглифлозина в большей степени и сравнялись с группой стандартной терапии (8,77 против 7,97 пг/мл).

Функция почек также улучшилась: в группе стандартной терапии средняя рСКФ снизилась с 70,75 до 67,77 мл/мин/1,73 м². В группе дапаглифлозина, напротив, рСКФ выросла с 51,07 до 54,78 мл/мин/1,73 м² — то есть наблюдалось улучшение, а не ухудшение почечной функции, несмотря на более низкий исходный уровень.

Описанное исследование расширяет понимание механизмов нефропротекции при применении глифлозинов: вероятно, часть эффекта реализуется через модуляцию жировой ткани и снижение системного воспаления. Для нефрологов это означает дополнительный аргумент в пользу применения ингибиторов SGLT2 у пациентов с ХБП — не только для замедления прогрессирования заболевания, но и для воздействия на метаболические и воспалительные компоненты патофизиологии.