Немецкие учёные выяснили, что гормон стресса кортиколиберин играет важную роль в восстановлении мозга после нейроповреждений.
Всё началось с наблюдения, которое не давало покоя нейробиологу из Института психиатрии Макса Планка Яну Дойссингу: каждый раз, когда мозг лабораторных мышей подвергался повреждению, возле места травмы скапливались определённые загадочные клетки.
Что это именно за клетки, взялся выяснить молодой биолог Клеменс Рис, пришедший к Дойссингу на стажировку. Рис установил, что загадочными «спасателями» оказались прогениторные клетки олигодендроцитов (ПКО) — в норме эти клетки созревают в олигодендроциты, которые формируют миелиновую оболочку вокруг аксонов.
Самым неожиданным открытием стало то, что при повреждении мозга около трети ПКО запускают продукцию кортикотропин-рилизинг-гормона (кортиколиберина), который ранее ассоциировался исключительно с регуляцией стресса в организме. До открытия Риса считалось, что прогениторные клетки олигодендроцитов вообще не способны продуцировать нейропептиды.
Синтез кортиколиберина происходил молниеносно — запускался уже в течение нескольких часов после травмы — и длился примерно три дня. Эта быстрая реакция указывает на важную роль кортиколиберина на ранних этапах регенерации мозга. Механизм работает через рецептор CRHR1, присутствующий на другой популяции ПКО: он регулирует темп созревания прогениторных клеток. Без CRHR1 замещающие клетки размножаются быстрее, однако зрелых олигодендроцитов, способных восстанавливать миелин, образуется меньше.
Авторы работы также выяснили, что рецептор CRHR1 играет важную роль не только при восстановлении после травм, но и в нормальном развитии мозга. Миелинизация — процесс формирования защитной оболочки аксонов — проходит преимущественно после рождения и завершается в молодом взрослом возрасте. У мышей без этого рецептора на ранних этапах развития формировалось больше ПКО, что приводило к изменениям в структуре взрослого мозга, в частности к утолщению миелиновой оболочки тонких аксонов.
По мнению немецких учёных, их открытие поможет улучшить понимание природы психических заболеваний, поскольку известно, что стресс в раннем детстве — фактор риска развития депрессии и других ментальных расстройств.