Учёные проанализировали факторы снижения смертности младенцев в Норвегии: статистика за период 2009–2020 годов  

В период с 2009 по 2020 год в Норвегии наблюдалось существенное снижение уровня смертности младенцев, что стало возможным благодаря улучшению выживания детей, рождённых на чрезвычайно ранних сроках, а также уменьшению рисков, связанных с врождёнными пороками и синдромом внезапной детской смерти.  

Общий показатель смертности среди младенцев в возрасте до одного года упал с 2,9 до 1,7 случая на 1000 живорождённых. При этом неонатальная смертность в первые 28 дней жизни снизилась с 2,0 до 1,3, а постнеонатальная — с 0,9 до 0,4 на 1000 малышей.  

Для определения факторов этой положительной динамики учёные проанализировали данные 676 931 живорождённого младенца, среди которых было зафиксировано 1583 смертельных случая. Результаты показали, что большинство смертей, а именно 69,2%, фиксировались в течение первых 28 дней после рождения, причём почти треть детей умирала в первые 24 часа жизни.  

Основными причинами летальных исходов оставались состояния, связанные с преждевременными родами (39,6%), однако именно в этой категории наблюдалось наиболее значимое улучшение показателей выживаемости.  

Наибольший прогресс был зафиксирован среди младенцев, рождённых на чрезвычайно ранних сроках беременности (от 22 до 27 недель). Риск смертности в этой группе сократился на 30%, уменьшившись с 363 до 227 случаев на 1000 родов.  

Кроме того, учёные отметили существенное снижение рисков смерти из-за врождённых пороков развития, хромосомных аномалий и синдрома внезапной детской смерти, тогда как уровень смертности от инфекций и асфиксии оставался относительно стабильным на протяжении всего периода наблюдения.  

Авторы работы подчёркивают, что полученные результаты наглядно демонстрируют критическую уязвимость раннего неонатального периода и помогают определить приоритетные направления для профилактики. В то же время отмечается, что поскольку исследование проводилось в стране с высоким уровнем дохода, его выводы могут быть не в полной мере применимы к регионам с другими экономическими условиями. Также ограничением исследования стало отсутствие социально-экономических данных, которые могли бы помочь выделить специфические группы повышенного риска.