После нескольких лет трансформаций BIOSECURE Act — хоть и в смягчённой версии — приближается к финишной прямой и вскоре может стать новым законом США.
Конгресс обнародовал окончательную компромиссную версию Закона об авторизации национальной обороны на 2026 финансовый год (FY26 NDAA), в которой подтверждено включение BIOSECURE Act в пакет. Ежегодный оборонный законопроект предусматривает рекордные расходы в $901 млрд на национальную безопасность в следующем году — на миллиарды больше, чем запрашивал Трамп.
Однако даже после многочисленных правок BIOSECURE Act сохранил свою суть. Раздел под названием «Запрет на заключение контрактов с определёнными биотехнологическими поставщиками» ограничивает доступ китайских биотехнологических компаний и фармпроизводителей к американскому государственному финансированию и препятствует сотрудничеству с американскими фармкомпаниями, использующими средства госбюджета.
Тем не менее последняя поправка к BIOSECURE Act, поданная в конце июля 2025 года, не указывает конкретные табуированные китайские компании (как это было с WuXi AppTec) — ограничения будут распространяться на абстрактные «биотехнологические компании, вызывающие обеспокоенность» (biotechnology companies of concern), в частности те, что внесены в список 1260H Минобороны США, а также компании, определяемые через процедуру национальной безопасности OMB. Такой подход расширяет потенциальное влияние закона.
Китайский контрактный производитель WuXi AppTec, который ранее был одной из главных целей закона BIOSECURE, в новой версии не упоминается. Однако, по сообщению Bloomberg, Пентагон активно продвигает его внесение в список 1260H.
Компании, расположенные в Китае, разрабатывают 20% инновационных лекарств в мире, что отражает ведущую роль страны в фармацевтической отрасли. По данным GlobalData, объём лицензионных соглашений между американскими и китайскими биофармацевтическими компаниями в прошлом году достиг исторического максимума — вырос на 280% по сравнению с 2020 годом. Поэтому вокруг BIOSECURE не утихают споры: эксперты и представители индустрии выражают обеспокоенность по поводу его потенциального негативного влияния на исследования, разработку и производство лекарственных средств.